Это наш Дом Без Ключей...

Дмитрий Иванович Савватеев


«Любо, братцы, жить!..»

 

 

Листая старые газетные подшивки, невольно думаю о том, что эти страницы теперь – в том числе и летопись моих встреч. С кем только ни приходилось общаться за эти годы... Только поработав журналистом, я действительно поняла и прочувствовала, насколько разными бывают люди. С кем-то пересечёшься случайно, на пять минут – и расставаться не хочется, и не заметишь, как эти пять минут в несколько часов превратятся, и расскажешь потом столько, что публикацию на несколько номеров растянут. Об иных же и пару строк «из пальца высасывать» приходится... Всякое бывало. Но были, были такие, воспоминание о ком греет до сих пор. Хотя многих из этих собеседников сейчас уже нет в живых – их взгляды с когда-то сделанных мной фотографий по-прежнему напоминают о том, чему научили меня когда-то встречи с этими людьми. О них не хочется забывать. Поэтому рассказы, основанные на моих газетных публикациях, я решила поместить здесь, в Доме без Ключей. Сегодняшний станет первым, а за ним добавятся и другие.

 

С Дмитрием Ивановичем Савватеевым я познакомилась 9 ноября 2006 года, в день его 92-летия. Сама по себе эта дата случается в биографии далеко не у каждого... Не говоря уже о том, что в такие почтенные года немногие способны сохранить бодрость духа, неиссякаемый интерес к жизни, ясный и острый ум. Однако здесь всё было иначе: в большой толпе людей, пожилых и молодых, фигура Дмитрия Ивановича выделялась не только потому, что на неё было обращено всеобщее внимание (а повод для этого был солидный – во Владимирском выставочном зале открывалась его персональная выставка картин), но и потому, что сам этот человек излучал живую энергию, которую, несомненно, чувствовали все, кто находился рядом. Нет, в его движениях не было резкости и быстроты, он не произносил громких пафосных речей – и тем не менее среди десятков других посетителей выставки, подходивших к автору и задававших вопросы, он не «терялся». Много рассказывал о своей жизни, отвечал каждому охотно и подробно, и сразу было заметно, что умение «держать» слушателя выработано прекрасно. Вскоре выяснилось, что это наблюдение не случайно: Дмитрий Иванович много лет работал учителем и директором школы.

 

...Вот ведь как интересно: какую из его ролей ни возьми – одна она целостного образа не даст. Человек, который интересуется буквально всем, в свои 90 с лишним стремится получить всё новые умения и знания, в каждом новом увлечении – проявить себя сполна – никак не укладывается в привычные рамки: «учитель», «художник», «ветеран войны», «поэт»... Поэтому так сложно ответить на вопрос «Кто он?», говоря о Дмитрии Ивановиче Савватееве. Проще рассказать о его жизни так же, как рассказывал он сам – к сожалению, рассказ уже не сделать более подробным, потому что нет уже в живых самого его героя... Но то, что запомнилось из нескольких наших встреч, я опишу.

Tasha, 7 декабря 2011 г.

Родился Дмитрий Иванович далеко от наших мест - в Томской области, в селе Тарбеево. С детских лет, сколько себя помнит, любил рисовать. Талант его стали отмечать и в школе. Известная художница Яблонская, увидев работы юного Дмитрия, сказала, что у мальчика несомненно есть способности и что их надо развивать. Но мечта об окончании художественного училища так и осталась мечтой. Времена были суровые... Саватеев окончил промтехникум, два года проработал на лесозаготовительном заводе в Биробиджане, очень быстро поднявшись на руководящую должность и став его директором.

Но работа в промышленности всё равно не «грела»... И вскоре он решил сменить профессию и выбрать ту, которая будет давать больше радости и поводов для приложения творческой энергии. Выучился заочно на учителя русского языка и литературы. Работал и завучем, и директором – но всегда стремился, чтобы его школа входила в число лучших.

...В армии оставалось дослужить всего месяц, когда началась Великая Отечественная. Служил в противотанковом дивизионе, воевал достойно, получил много наград – в том числе и Орден Отечественной Войны и Красной Звезды (последний нашёл героя через много лет после Победы, уже на Судогодской земле, в посёлке Андреево). Удача сопутствовала ему. Был ранен – но легко. Попав в плен, через несколько дней смог бежать, присоединился к партизанам. Долгое время его считали пропавшим без вести. Первое письмо с фронта домой пришло лишь спустя три года, и ещё столько же понадобилось, чтобы он сам добрался до родного порога.

Все эти годы ждала и верила в его возвращение любимая Стеша, Степанида Игнатьевна. Поженились они рано, когда ей было всего 17, и через всю жизнь пронесли какое-то особенно тёплое и трепетное чувство друг к другу, которое по-прежнему светилось в глазах супругов и в тот день, когда я увидела их во владимирском выставочном зале. Степанида Игнатьевна – женщина очень тихая, улыбчивая, большой толпы и такого внимания явно стеснялась... Зато какой радостью и нежностью светились её глаза, обращённые на супруга, чьим творчеством заинтересовались всерьёз настоящие ценители искусства! Сама она тоже всю жизнь работала учительницей, и невольно ловишь себя на мысли, как же везло тем ребятишкам, которые попадали в её класс. Ну а о семье и говорить не приходится – хоть и кажется поначалу Степанида Игнатьевна «потерявшейся» на фоне мужа, впечатляющего всех вокруг с первых минут своей увлечённостью и энергией, - быстро понимаешь, насколько тесна между ними душевная связь, насколько они – одно целое... Все эти годы (а когда я увидела их вместе, они были женаты уже 71 год) любимая Стеша была самой крепкой опорой, самой верной подругой, самым значимым советчиком и критиком творческих идей, понимавшей и разделявшей любые заботы супруга.



На открытии персональной выставки картин Дмитрия Ивановича во Владимире. 2007 год.

А какой видный был жених! И завидный. Любил красиво одеваться, да и собой хорош. Многие девушки по нему сохли, отбою не было... А выбрал – ту, которая на танцы никогда не ходила. Собрался с духом, пришёл за нею сам. С тех пор вместе – и в горе, и в радости. Дмитрий Иванович много рассуждал о том, какой должна быть настоящая, крепкая семья. И совершенно не понимал и не принимал столь любимых обывателями историй об очередных романах каких-нибудь известных актрис, считая такое поведение редкостным легкомыслием и блажью.

...С судогодской землёй, а точнее – с посёлком Андреево, связано более трёх десятилетий жизни семьи Савватеевых. Здесь Дмитрий Иванович сначала работал в леспромхозе, а вскоре, в 1968 году, стал директором школы. И, как и прежде, всё, чего касалась кипучая энергия этого человека, - преображалось. Именно в те времена, когда он руководил Андреевской школой, при ней появилось школьное лесничество, которое уже вскоре стало лучшим в республике. Потом для андреевских ребят открылся лагерь труда и отдыха, за ним – пионерский лагерь... Бурно развивалась самодеятельность: савватеевские таланты и здесь «зажигали» других. Организовал хор учителей, занявший на областном смотре второе место. Сам сочинял стихи и прозу, замечательно играл на балалайке и гитаре (вообще, музыку страстно любил!), пел (особенно трогали зрительские души романсы в его исполнении – кстати, часть из них он написал лично), танцевал... Вдохновлённый примером великого Игоря Моисеева, создал хореографический кружок и готовил с учениками потрясающие танцы, а потом на школьной сцене была поставлена и детская опера!

Список вещей, которыми Савватеев интересовался, можно продолжать долго. И каждый пункт этого списка продолжает удивлять. Как на всё хватало сил, интереса, терпения? Задался целью – и освоил язык жестов, с помощью которого общаются глухонемые. Заинтересовался филателией – и тут постиг все тонкости своего увлечения. Четыре книги прозы вышли из-под его пера. Даже портновское дело – и то к рукам пришлось: скроил и сшил когда-то по молодости любимой своей Степаниде синее вельветовое пальто. Оно когда поизносилось, хранилось в семье как память, - а сама супруга, говорят, ни в одной обновке не была так хороша...


Тетрадку со стихами можно было увидеть в руках у Дмитрия Ивановича очень часто. И всегда он читал что-нибудь новенькое - вдохновение не покидало его и в самые преклонные года.

Что значит для такого человека выход на пенсию? Конечно, лишь перевод энергии к другим, новым увлечениям. Наконец-то появилось свободное время, чтобы вернуться к давней мечте – заняться живописью. Чего он только ни пробовал! И шкатулки расписывал, и рисовал маслом по стеклу, писал натюрморты, портреты и пейзажи... Последние, пожалуй, ему были более всего близки – писал местную андреевскую природу с особой любовью и тщанием. Но на его пейзажных полотнах практически всегда есть и люди – такие же деятельные, с восторженным и жадным вниманием смотрящие на мир, как и он сам.


Д. И. Савватеев. "Очей очарованье"

Полотна ветерана оценили знатоки, отнеся их к направлению «наивного искусства». Конечно же, сразу набрать то техническое мастерство, которое он мог бы иметь, занимаясь живописью всю жизнь, через столько лет он не мог. Поэтому талант его и всё то же напряжённое желание осмыслить жизнь и мир вокруг выливались в эти картины – кое-где с нарушенной перспективой, кое-где – в по-детски вырисованными фигурами и лицами людей... но то, что при всём этом техническом «несовершенстве» есть в них что-то цельное, настоящее – у зрителей сомнений не вызывало. Саватеева приглашали выставляться и во Владимире, и в Иванове, и даже в Москве. Я наблюдала за двумя пожилыми женщинами, ходившими по выставочному залу. Они явно регулярно посещали подобные мероприятия, разбирались в живописи и уж точно не стали бы расточать восторги без повода. Думала: как это всё им, избалованным обилием музеев и выставок, проходящих в их городе? Ответили – хоть и не мне, а в разговоре друг с другом...

- Да... Всё самое прекрасное рождается в провинции!

- И самое прекрасное, и самое доброе, и самое мудрое...


 
Картина "Под мирным небом" выставлялась в экспозиции наивного искусства в Москве. Для Дмитрия Ивановича она была одной из самых любимых. Сам он говорил так: "Кажется - летний день, полный радости... Кончилась война, отстраиваются заново города, подрастают дети. Но посмотрите: здесь кого-то не хватает. У стола не занято одно место, и отец, погибший на войне и подаривший своим любимым мирное небо, уже никогда не вернётся..."

Вот таким было моё знакомство с четой Савватеевых. Потом судьба подарила мне ещё одну встречу с ними – почтенную пару и их многочисленную семью чествовали в Судогодском ЗАГСе в годовщину их свадьбы. Старики были всё такими же: полный достоинства, со звучным голосом, неутомимый затейник и рассказчик Дмитрий Иванович и светящаяся добротой и ясной нежностью, немножко стесняющаяся такого внимания Степанида Игнатьевна. В 2007-м году, когда всё это происходило, семья их всё больше разрасталась: трое детей, шестеро внуков, три правнука. И почти все из них собрались вместе в этот день, чтобы поздравить своих любимых стариков. И не только родня прибыла, но и друзья, и соседи, и представители местных властей. Много добрых слов было, и ни одно не показалось фальшивым. Помню, как Дмитрий Иванович сказал о себе в ответ:

- Я человек непоседливый, настырный энергичный, мне всё интересно! Хочу всё знать и всё уметь!

Было ему тогда – 93, ей – 90. А когда молодым (и я не стану ставить около этого слова кавычки) гости крикнули: «Горько!» - поцеловал зардевшуюся и смущённо вскинувшую к щекам ладошки жену по-молодому ласково и крепко.

А потом поднял руки и запел:

- Любо, братцы, любо!

Любо, братцы, жить!..

 

Дмитрия Ивановича не стало через год, болезни взяли своё, а через три месяца тихо угас свет в сердце его любимой Стеши. Я рада, что запомнила их такими, и пусть частичка этой доброй памяти останется в этих строках и в снимках, сделанных когда-то.


"Зимний вечер в деревне"


"Весна в Андрееве"


"Барышня-крестьянка"


"Глухари"


"Восход в горах" ("Герой нашего времени")


"Портрет дочери"


"Лошадки у реки"


"Портрет внучки"

Tasha.
Фото автора.

Судогда, 07 декабря 2011 г. К заголовку
 

Соседние документы:




« Детство.   Дмитрий Иванович Савватеев   Ледник Лекзыр »